В сентябре 1942 года Тирак начал систематическую рассылку немецким судьям «писем судьям». Первое «письмо судьям», датированное 1 октября 1942 г., обращало их внимание на тот факт, что Гитлер является верховным судьей и что «фюрерство и судейство имеют сходный характер». Цитируем: Читать полностью »

6 мая 1942 г. Шлегельбергер сообщил Гитлеру, что приговор, которым Шлитт осужден к десятилетнему тюремному заключению, был отменен в течение 10 дней и что «Шлитт приговорен к смерти и казнен немедленно».

После того, как Антон Шарф был приговорен к десяти годам каторжных работ, 25 мая 1941 г. Борман писал доктору Ламмерсу: «Фюрер полагает, что этот приговор абсолютно непостижим… Фюрер просит Вас еще раз проинформировать статс-секретаря Шлегельбергера о его точке зрения». Читать полностью »

Министерство юстиции великолепно знало об этой процедуре. Подсудимый Шлегельбергер сообщил Грамму, что бывший министр юстиции Гюртнер выразил Ламмерсу протест но поводу этой процедуры и получил ответ, «что суды не в состоянии соответствовать особым требованиям военного времени д что потому такие передачи придется продолжать».

Единственным реальным результатом данного протеста явилось то, что «с этого времени в каждом отдельном случае, когда отдавался приказ о такой передаче, надлежало информировать министерство юстиции» … Читать полностью »

Если вы хотите развлечься и посмотреть на голых девушек, которые эротично двигаются или же просто хорошо провести время, тогда я могу вам подсказать, как это сделать. Читать полностью »

Повсеместное разрушение правосудия достигло своей кульминации в самом конце войны в виде создания чрезвычайных гражданских военно-полевых судов, о которых уже упоминалось. Этим чрезвычайным судам была предоставлена юрисдикция в отношении «всех преступлений, в результате которых подвергаются опасности боевые силы или подрывается оборонительная мощь народа». Если данные суды устанавливали виновность обвиняемого, то могли вынести лишь смертный приговор. Окончание войны оборвало короткую жизнь этих судов после десяти недель судебного террора. Читать полностью »

«С целью оказания помощи судьям в выполнении их высшего долга… я решил издавать «письма судьям». Они будут распространяться среди всех немецких судей и прокуроров. Эти письма будут содержать решения, которые имеет смысл особенно отметить ввиду важности их результатов или аргументации. На этих решениях я покажу, какие лучшие решения могли быть или должны были быть приняты; с другой стороны, буду ссылаться как на образцы на хорошие и важные для общества решения. Читать полностью »

За Ленинскими горами на громадной, почти девственной территории в 16 тысяч га создается по генеральному плану новый огромный район, рассчитанный на 1,5 миллиона населения — примерно столько же, сколько было жителей перед войной 1914—1918 гг. во всей Москве. Читать полностью »

Проспект будет огибать Дворец с двух сторон. Со стороны Москва-реки потоки транспорта будут проходить по Кропоткинской набережной, а с противоположной стороны—вдоль сооружаемых здесь нескольких монументальных общественных зданий.

За Дворцом проспект почти напрямик направляется через район Метростроевской улицы к Лужникам и Ленинским горам. Читать полностью »

Правый проезд проспекта проходит по Моховой. Здесь, рядом с домом гостиницы «Националь», расположено здание американского посольства, построенное в 1935 г. За ним, па углу улицы Герцена — великолепное старое здание Московского университета, построенное в конце XVIII в. М. Ф. Казаковым. Читать полностью »

С ее башнями и великолепнейший памятник русской архитектуры XVI в.—храм Василия Блаженного; справа — боковой фасад гостиницы «Москва» (здание «Гранд-Отеля», как мы уже упоминали, надстраивается и сливается с гостиницей «Москва» в единое целое) и памятник Горькому, сооружаемый на месте недавно снесенных домов перед главным входом гостиницы «Москва». Это здание, омываемое потоками транспорта со всех его сторон, приобретает как бы «островное» положение. Читать полностью »