При соответствующих условиях мир между властью и повстанцами мог быть сохранен. Но неспособность Булавина подчинить себе предводителей отдельных отрядов, чтобы предотвратить столкновение их с правительственными войсками, откровенное стремление Толстого к конфронтации с «ворами» сорвали достигнутое соглашение.

Лишь Долгорукий действовал в строгом соответствии с предписанием царя. Его упрекнуть не в чем. Он до последнего момента держал свои полки в «удобном месте» под Валуйками. И только после разгрома повстанцами сумских казаков на берегу Уразовой князь двинул войска в наступление. Противники сошлись под Тором. В том бою Драный погиб. Путь на Черкасск был открыт.

Между тем грамота Зерщикова с известием об убийстве Булавина достигла верховых городков и подняла казаков. Они снялись с места и потянулись в Паншин, откуда от имени всего «соборного войска» послали в Черкасск отписку с требованием к атаману ответить, почему и за что без общего согласия был убит предводитель восстания, арестованы и посажены на цепь в погребах его «старики», верные соратники. В случае отказа дать «отповедь» пригрозили прийти в город для «подлинного розыску», расследования.

Угроза не на шутку обеспокоила Зерщикова. Судя по всему, именно после получения этой отписки он стал «слезно» просить Долгорукого послать в донские городки «указы» с призывом к казакам быть «надежными», покаяться и переловить «воров и заводчиков». Князь Василий Владимирович и без совета атамана Ильи Григорьевича так и сделал.

Комментарии закрыты.