Танская же администрация, продолжая линию предместников у кормила власти в Срединном государстве, со своей стороны постоянно и небезуспешно пыталась всяческими способами посеять рознь между рядовой массой китайцев и «инородцами», столкнуть их друг с другом и тем самым не допустить складывания и укрепления потенциально противостоявшего правящему классу общего фронта народной борьбы, а значит, иметь возможность еще более беззастенчиво эксплуатировать и притеснять весь простой люд страны. Среди крайних средств в проведении такой линии — использование (в продолжение стародавней традиции властителей Поднебесной) для обуздания повстанческих акций ханьского «малого люда» войск, укомплектованных из «инородцев», а для усмирения подобных акций той или иной некитайской общности — отрядов, сформированных из ратников какой-либо другой неханьской этнической группы, наряду, как правило, с собственно китайским воинством.

Все это не дает, однако, оснований для утверждений об антагонизме между разными этническими образованиями в Танской империи. Тенденции, искони всеми средствами насаждавшейся правящим классом Срединного государства, тоже изначала противостояла, пусть не без труда и не без «сбоев», иная, в корне от нее отличавшаяся, активными носителями которой являлся простой люд всех этнических образований — и собственно китайского, и «инородческих». Немало подтверждений тому может дать и крестьянская война 874-901 гг., и предварившие ее народные «бунты».

Восстания неханьского населения Танского Китая существенно обогащали содержание общего процесса активного противостояния масс властям в центре и на местах, придавая ему большую остроту и силу, заметно раздвигая его территориальные рамки.

Комментарии закрыты.