В Выборгском районе уже в то время, наряду с деревянными одноэтажными домами, были многоэтажные дома, населенные рабочими. Перескакивая через две-три ступени, быстро взлетаешь на четвертый или пятый этаж и там только начинаешь действовать. Одна рука извлекает из кармана листовку, в другой наготове кнопка. Рассчитанным движением прикалываешь прокламацию к одной двери, к другой, сбегаешь этажом ниже, повторяешь ту же операцию. И так до первого этажа. Все время ухо держишь востро — не простучат ли где-нибудь шаги, не стукнет ли дверь…

В 1903 году в России отмечалось двухсотлетие печати. В связи с этим событием Петербургская социал-демократическая организация выпустила огромное количество прокламаций. Еще за несколько дней до празднества Иван сказал, что нам поручено разбросать прокламации в Малом театре. На беду Иван простудился, у него поднялась температура, и ясно было, что принять участие в предприятии он не сможет. Мы решили заменить Ивана другим товарищем из нашего партийного кружка. Выбор пал на Арвида. Арвид и Август, так же, как и мы, двоюродные братья, жили в нашем же доме, этажом ниже. Арвид казался нам смелым парнем. Он охотно дал согласие участвовать в рискованном деле, и мы решили, что все в порядке.

Нам дали двести прокламаций — по сто на каждого — и билеты на галерку. Мы были предупреждены, что в театре нас будут охранять — на соседних местах будут сидеть товарищи. Прокламации следовало выбросить в тот краткий момент в конце спектакля, когда занавес уже закроется, а свет в зале еще не будет включен. Мы знали, что не нам одним поручено разбросать прокламации. Наши места были в центре галерки, а справа и слева, на боковых местах, должны были действовать еще по два человека.

Не помню, какой шел спектакль, да, откровенно говоря, не очень я и следил за тем, что происходило на сцене. На груди, под жилеткой, лежала у меня пачка прокламаций, забыть об этом было нельзя.

Комментарии закрыты.